В Волжском простились с бойцом «Гринчем», погибшим на СВО

В Волжском, городе-спутнике Волгограда, 12 июня, в День России, похоронили 24-летнего Александра Полякова. Он погиб в зоне СВО, куда отправился добровольцем во время мобилизации 2022 года. Бойца с позывным «Гринч» проводили в последний путь на Новом кладбище.

Анастасия, невеста Александра, рассказала V1.RU, что они познакомились в 2022 году, за несколько месяцев до мобилизации.

— Он учился в колледже и подрабатывал на автомойке. Говорил, что хорошо у него получается только машины мыть и стрелять: он служил в морской пехоте в Крыму. Срочная служба сильно повлияла на него, — вспоминает Анастасия. — Когда началась мобилизация, Саша добровольно пошел в военкомат. Он у нас прям патриот-патриот был. В тот момент ни мне, ни родителям ничего не сказал, мы все по факту узнали. Естественно, слезы, «Саша, зачем?» Но он сказал: «Я иду туда для того, чтобы вы не видели того, что там происходит».

Позывной «Гринч» Александр получил в самом начале службы.

— Они жили в блиндажах, было холодно, — говорит Анастасия. — Он бегал в те блиндажи, где должны были быть враги, забирал дрова оттуда, чтобы огонь разжечь. У него была старая зеленая балаклава, и когда он пришел с дровами в этой балаклаве, один из старших сказал: «Будешь Гринчем? Ты тепло воруешь у других».

Девушка отметила, что за все время нахождения в зоне СВО Александр оберегал чувства близких и не делился трудностями. Правду они узнали значительно позже.

— С 2022 года их собрали в группу из девяти штурмовиков, они так и держались вместе, и семьи их все между собой общались. Все выходы их почти без потерь были. В группе все были отличившимися солдатами, за чью смерть враги обещали вознаграждение. В 2023 группу «накрыли», они все получили серьезные ранения: кто в госпитали лежал, кто в части потом работал, как Саша. Он тогда получил тяжелое ранение с потерей памяти и контузией. Но и спас жизнь своему другу. Тот рассказывал, что был ранен, отчаялся и хотел, чтобы Саша его оставил. Но Саша не бросил и начал его вытягивать, потом помогал идти, жгут накладывал.

В начале 2024 года группу решили собрать заново и отправить на задание.

— Это был последний их штурм. 17-го февраля Саша позвонил мне в 10 вечера: тогда они стояли и ждали команды продолжить путь. До сих пор помню: слышу, как все взрывается, гремит… Говорю: «Саша, ты как?» А он: «Я телефон с собой взял, малыш, не переживайте, ждите». Саша был последним из группы, кто позвонил. Проходит 10 дней. Отец одного из бойцов узнал, что группа пропала без вести. После этого начались тяжелые два года поисков. Потом уже узнали: тогда командир группы погиб, и они знали, что будут следующими. Просто побежали с автоматами в сторону врага, но стрелковый бой ничего не решал, потому что их стали дронами крыть. Все они накануне женам говорили, что был какой-то план, но скорее всего на такое никто не рассчитывал.

После того штурма Александр мечтал вернуться домой и создать семью.

— Они понимали, на что идут, знали задачу, но нам, конечно, не говорили. Саша меня уверял, что все хорошо. Сейчас съездят, зададут там всем, вернутся, и это будет последний штурм. Когда приезжал в отпуск, говорил, что навоевался. «Хочу домой, хочу к семье, к тебе, хочу стать отцом». Сделал мне предложение. И 4 февраля, когда я его провожала в часть, он говорил: «Давай, занимайся свадьбой, мама поможет». Родителям сейчас тяжело очень. Его мама, как и любая мать, говорит, что все равно будет его ждать. Она понимает все головой, но так легче.