Металлотрейдер пытается обанкротить завод в Волгограде

В конце августа на портале «Руспрофайл» появилась информация о намерении ярославского АО «Металлоторг» подать иск о несостоятельности Волгоградского завода весоизмерительной техники. Причиной стало проигранное заводом дело в Арбитражном суде Москвы о взыскании 2 216 363 рублей основного долга за поставленный товар, а также 153 708,07 рублей неустойки и госпошлины в 96 102 рубля. Помимо этого, суд обязал ответчика выплачивать неустойку в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки, начиная с 4 марта и до полного погашения задолженности. Апелляционная жалоба завода была возвращена 9-м Апелляционным судом.

АО «Металлоторг», зарегистрированное в Ярославле, является одной из крупнейших в России компаний по оптовой торговле металлом. По итогам 2025 года выручка предприятия достигла 74 миллиардов рублей, однако чистый убыток составил 91 миллион рублей.

Волгоградский завод весоизмерительной техники, в свою очередь, за 2026 год показал выручку в 336 миллионов рублей и чистую прибыль в 16 миллионов. Впрочем, по данным «Руспрофайла» на 1 августа, завод имеет налоговые долги и штрафы на сумму 2 708 088 рублей.

Вскоре после объявления о банкротстве завод второй раз за три месяца допустил технический дефолт по облигациям, что было зафиксировано Центром раскрытия корпоративной информации.

Директор завода Евгений Остапенко в разговоре с журналистами заверил, что конфликты с поставщиком и налоговой уже исчерпаны, однако признал, что ситуация остается шаткой. По его словам, с расчетного счета предприятия списали около трех миллионов рублей в счет погашения долгов, что привело к кассовому разрыву.

«Они забрали деньги путем ареста счетов. У нас было очередное списание налогов, это наша любимая тема, а потом списание еще почти трех миллионов рублей с учетом пеней от всех этих металлоорганизаций. Мы, конечно, просили этого не делать, не вешать на нас букву „Б“, потому что с ее появлением финансовая ситуация предприятия только ухудшается и оно фактически лишается принципиальной возможности выйти из какого-то тяжелого, кризисного положения», — пояснил предприниматель.

Евгений Остапенко отметил, что кредиторы сами лишают себя шанса получить деньги без доведения до банкротства. «Кто первый подаст в суд, кто вперед обозначит свою позицию, запугав контрагента, тот и в дамках. Так это, к сожалению, работает. Мы планировали быстро собрать деньги на купоны, но из 7,5 миллиона заплатили только 1,3, и рассчитываем не допустить дефолта», — добавил он.

Руководитель завода подчеркнул, что закон вынуждает руководителей самостоятельно подавать заявление о банкротстве при кассовом разрыве, иначе им грозит уголовная ответственность. «У нас не настолько плохая ситуация, но все эти действия действительно приводят к „состоянию нестояния“», — заявил Остапенко. Он также добавил, что завод уже год пытается выбраться из долгов: в 2025 году было выплачено 100 миллионов рублей, из которых 60 миллионов составили проценты, а 40 — основной долг.

Предприниматель раскритиковал банковскую систему за нежелание идти навстречу промышленным предприятиям. «Банки нам навстречу не шли. Хотя мы бы прекрасно работали, даже несмотря на то, что налоги нас выдоили уже практически полностью. Корова настолько отощала, что ее скоро ветер будет сдувать», — посетовал он, отметив, что налоги все же идут на благо города.

По мнению Остапенко, банкротство в текущей ситуации невыгодно никому: кредиторы не получат средств из-за расходов на конкурсного управляющего, а предприятие будет остановлено. «Что от предприятия останется через два года? Ничего. Просто включат субсидиарную ответственность, а потом выяснится, что у учредителя ничего нет, что он живет в квартире, взятой в ипотеку», — предупреждает он.

Завод, по словам руководителя, пытается справиться с трудностями, рассчитывая на заказы. «Мы сейчас рассчитываем перекрыть этот дефолт, просто рассчитываем на заказы. Если они станут отпадать, то, наверное, мы не продержимся долго. Но будем бороться до победного конца», — заключил Остапенко. Он также отметил, что выпуск высокорисковых облигаций — прерогатива лизинговых компаний и госбанков, а не реальных производителей, которым сложнее получить поддержку.

Директор добавил, что если заказы исчезнут, предприятие окажется под угрозой неминуемого collapse: занимаемая им территория может превратиться в пустырь, который потом безуспешно пытаются сдать в аренду.